Стр. 31

Антонина Николаевна выжила. Выжить ей помогла неистребимая тяга к жизни, стремление узнать, когда и чем окончится этот массовый кровавый террор, организованный Отцом всех народов Сталиным против собственного народа, постоянное желание увидеть отлученных от нее любимых дочерей, а также умение правильно, разумно вести себя по отношению к заключенным и к лагерному начальству. Ей помогало выживать то обстоятельство, что она могла многое делать, необходимое людям, что было нужным и полезным для них. Так, она умела шить мужские брюки и сорочки, женские платья и юбки, детскую одежонку. Она могла и вязать вещи из шерстяной пряжи — кофты, свитера и шапочки.

Поначалу Антонина Николаевна работала в лагерной прачечной. Стирала постельное и нательное белье заключенных и их спецодежду, поварихой в столовой, а затем швеей в мастерской по ремонту одежды заключенных лагерниц. И тут лагерное начальство ее присмотрело, а, скорее всего, ее заметили жены начальства, дававшие заказы на пошив и ремонт одежды за дармовщину, увидевшие, что она шьет быстро, добротно, красиво. Вскоре ей создали нормальные условия для работы, перевели работать в отдельный домик, где она шила в одиночку, выполняя заказы лагерных начальников и их жен — модниц. Большинство жен офицеров НКВД были добродушными женщинами, разделявшими ее боль, муки и страдания. Эти женщины поддерживали ее морально и материально. Они приносили ей колбасу, сало, масло, мясные консервы, чай, сахар и другие продукты. Некоторые из них давали ей деньги и куски ситца или сатина на пошив верхнего платья для нее. Это не было системой, но было хорошей добавкой к лагерному пайку и позволило Антонине Николаевне скопить немного денег и пошить что–то из верхнего платья для себя.

В думах о судьбе мужа, о скитаниях по миру детей и родных проходили в неволе день за днем, месяц за месяцем. Из полученного однажды письма Антонина Николаевна узнала, что дочь Неля переправлена на станцию Коноша к бабушке и дедушке, находившимся там в ссылке с 1930 года, что старшая дочь Майя находится в спецдетдоме для детей врагов народа в городе Кизляре, что муж Василий Минаевич осужден на десять лет тюрьмы без права переписки. После пролитых слез и радости за то, что все живы, она немного успокоилась. Ведь все живы, муж не расстрелян и может быть, она когда–нибудь со всеми еще встретится. Это была уже надежда, придававшая ей сил на выживание. Но вскоре эта ее надежда была жестоко разрушена. Работник особого отдела лагеря, курировавший отряд, в котором она числилась, длительное время склонял ее к скрытому сожительству. Она ему отказывала, заявляя, что хочет быть чистой перед мужем, надежду встречи с которым не потеряла, поскольку он осужден всего на десять лет и может еще вернется. И тогда этот негодяй–особист сказал ей, что десять лет тюрьмы без права переписки означают расстрел, что Василий Минаевич 13 апреля 1938 года расстрелян как враг народа, что его нет в живых, и ей нечего терять… Антонина Николаевна от этого психологического удара вскрикнула и свалилась на пол. Особист потащил ее на диван, снимая с нее рейтузы. Придя в себя, она встала на ноги, схватила медный чайник, стоявший на подоконнике, и закричала: Уходи немедленно, а то получишь по голове! Я всё расскажу твоей жене, когда она придет за платьем! Он ушел, не удовлетворив своего желания насладиться ею. Через два дня Антонину Николаевну вызвал начальник лагеря и спросил, чем она не угодила уполномоченному Особого отдела, который требует перевести ее на работу в прачечную. Она рассказала о домогательствах особиста, обо всём, что произошло. Начальник лагеря сказал, что не надо было ей рождаться такой красивой, и что тогда бы никто к ней не лез. Он отправил ее на свою работу, посоветовав не трепаться и держать язык за зубами. Она ушла. Особист больше ее не беспокоил.

— 31 —

Вы можете поделиться своим мнением о прочитанном, оставив комментарий.

Опубликовать личное мнение

вверх

Все права принадлежат Владимиру Коваленко и Надежде Ченковой