Стр. 7

Дед очень многое умел делать. Он лечил людей от разных болезней и телесных травм. Готовил настойки из различных трав, применял для лечения деготь, скипидар и даже керосин. Помню, к деду приходили больные. Он в керамической миске нагревал керосин, ставил миску в большой горшок, на который, спустив штаны, садился больной. Так повторял несколько раз, и больной выздоравливал. Я думаю, что он так лечил больных геморроем. Он испускал кровь у лошадей и больных людей, применял пиявок, которых была масса в пруду, сам гнал деготь и на его основе с добавлением меда и порошков каких–то трав готовил мази. Однажды случилась и со мною беда. Этот случай я хорошо помню. В августе 1928 года в один из жарких дней я бороновал пары, водя за уздечку старого, доброго, послушного коня Гнедко, запряженного в борону. В конце поля, на повороте я остановился отдохнуть и начал гладить Гнедко по голове. В это время овод сел ему на верхнюю губу. Гнедко сильно взмахнул головой и зубами нанес мне удар в левую половину лба, выше брови. Кровь заливала лицо. Я ладонью левой руки прикрывал рану и с криком побежал домой. Не добежав до дома, я услышал ржание Гнедко. Оглянувшись назад, увидел бегущего за мной с бороной коня. К дому мы подбежали вместе. Гнедко не оставил меня в беде, он понимал, что случилось что–то неладное и бежал вслед за мною.

Дед быстро промыл рану какой–то жидкостью розового цвета, замазал дегтем, наложил лист какой–то травы и забинтовал полоской белой тряпицы. Через два дня повторил то же самое. А через два дня после этого повязку снял. Помню, как он лечил и себя и нас от простуды. Он варил большой чугун картошки в мундире, воду сливал, а чугун с картошкой ставил на расстеленный на полу тулуп, вторым тулупом накрывался и дышал горячими парами картофеля. После этого выпивал литровую кружку крепкого чая с медом, залезал на горячую печку и накрывался тулупом. Сильно потел, меняя ночью мокрое постельное белье на чистое сухое. И к утру здоров. Таким методом лечил от простуды и нас.

Дед занимался кладкой русских печей, голландок, плит, лежанок. Он был хорошим портным–скорняком. Шил малахаи (шапки ушанки) из заячьих и лисьих шкурок; тулупы и полушубки из овчины и меховые рукавицы. Он владел столярным и плотницким делом. В небольшом сарае стоял столярный верстак, прялка, приспособленная для сверления отверстий не только в деталях из дерева, но и в металле. На этой же прялке имелся наждачный круг для заточки столярного инструмента, топоров, ножей столовых, кухонных и для жнейки, сенокосилки и сноповязалки. Там же находился всевозможный столярный инструмент: фуганки, рубанки, шерхебели, отборники, коловороты, зажимы, долота, стамески, угольники, линейки, уровни — длинный и короткий, алмаз для резки стекла и многое–многое другое. Я перечислил только то, что помню. И всё это столярно–плотницкое хозяйство находилось в образцовом состоянии. Дед слыл и умельцем по определению мест нахождения подземных вод для устройства колодцев. Из окрестных сел и деревень к нему часто обращались крестьяне с просьбой найти место, где имеется вода под землей. Иногда в поездку на это дело он брал с собой и меня. Он срезал с вишни и ивы длинные и тонкие веточки с двумя ответвлениями — усами; держа в одной руке вишневую, а в другой ивовую ветки параллельно местности, вытянутыми вперед руками, он медленно и тихо ходил по земле, наблюдая за поведением усов веток. Ходить за собой никому не позволял. Иногда, с передышками, ходил часами. Вдруг останавливался, звал всех присутствующих к себе и говорил: Здесь вода!. Его спрашивали: На какой глубине? Он отвечал: На глубине от пяти до пятнадцати метров, а иногда и более — до тридцати метров. Люди рыли колодцы, и его прогнозы всегда оправдывались. В Воронежских степях вода залегала глубоко. Сначала шел двухметровый слой чернозема, затем глина. У деда было особое природное чутье. По еле–еле уловимому и только ему известному колебанию усов вишневых и ивовых веточек он определял места залегания подземных вод.

— 7 —

Вы можете поделиться своим мнением о прочитанном, оставив комментарий.

Опубликовать личное мнение

вверх

Все права принадлежат Владимиру Коваленко и Надежде Ченковой